Текстовая реклама:







Часть шестая / БОРИС ГОДУНОВ. Роман в стихах

МОСКВА. ЦАРСКИЕ ПАЛАТЫ.

БОРИС, БАСМАНОВ.


Царь.
Он побежден, какая польза в том?
Мы тщетною победой увенчались.
Он вновь собрал рассеянное войско
И нам со стен Путивля угрожает -
Что делают меж тем герои наши?
Стоят у Кром, где кучка казаков
Смеются им из-под гнилой ограды.
Вот слава! нет, я ими недоволен,
Пошлю тебя начальствовать над ними;
Не род, а ум поставлю в воеводы;
Пускай их спесь о местничестве тужит;
Пора презреть мне ропот знатной черни
И гибельный обычай уничтожить.

Басманов.
Ах, государь, стократ благословен
Тот будет день, когда Разрядны книги
С раздорами, с гордыней родословной
Пожрет огонь.

Царь.
День этот недалек;
Лишь дай сперва смятение народа
Мне усмирить.

Басманов.
Что на него смотреть;
Всегда народ к смятенью тайно склонен:
Так борзый конь грызет свои бразды;
На власть отца так отрок негодует;
Но что ж? конем спокойно всадник правит,
И отроком отец повелевает.

Царь.
Конь иногда сбивает седока,
Сын у отца не вечно в полной воле.
Лишь строгостью мы можем неусыпной
Сдержать народ. Так думал Иоанн,
Смиритель бурь, разумный самодержец
Так думал и — его свирепый внук.
Нет, милости не чувствует народ:
Твори добро — не скажет он спасибо;
Грабь и казни — тебе не будет хуже.

(Входит боярин.)

Что?

Боярин.
Привели гостей иноплеменных.

Царь.
Иду принять; Басманов, погоди.
Останься здесь: с тобой еще мне нужно
Поговорить.

(Уходит.)

Басманов.
Высокий дух державный.
Дай бог ему с Отрепьевым проклятым
Управиться, и много, много он
Еще добра в России сотворит.
Мысль важная в уме его родилась.
Не надобно ей дать остыть. Какое
Мне поприще откроется, когда
Он сломит рог боярству родовому!
Соперников во брани я не знаю;
У царского престола стану первый...
И может быть..... Но что за чудный шум?

(Тревога. Бояре, придворные
служители в беспорядке бегут,
встречаются и шепчутся.)

Один.
За лекарем!

Другой.
Скорее к патриарху.

Третий.
Царевича, царевича зовет!

Четвертый.
Духовника!

Басманов.
Что сделалось такое?

Пятый.
Царь занемог.

Шестой.
Царь умирает.

Басманов.
Боже!

Пятый.
На троне он сидел и вдруг упал -
Кровь хлынула из уст и из ушей.

(Царя выносят на стуле;
всё царское семейство, все бояре.)

Царь.
Подите все — оставьте одного
Царевича со мною. (Все удаляются.) Умираю;
Обнимемся, прощай, мой сын: сей час
Ты царствовать начнешь... о боже, боже!
Сей час явлюсь перед тобой — и душу
Мне некогда очистить покаяньем.
Но чувствую — мой сын, ты мне дороже
Душевного спасенья... так и быть!
Я подданным рожден и умереть
Мне подданным во мраке б надлежало;
Но я достиг верховной власти... чем?
Не спрашивай. Довольно: ты невинен,
Ты царствовать теперь по праву станешь,
Я, я за всё один отвечу богу...
О милый сын, не обольщайся ложно,
Не ослепляй себя ты добровольно -
В дни бурные державу ты приемлешь:
Опасен он, сей чудный самозванец,
Он именем ужасным ополчен...
Я, с давних лет в правленьи искушенный,
Мог удержать смятенье и мятеж;
Передо мной они дрожали в страхе;
Возвысить глас измена не дерзала -
Но ты, младой, неопытный властитель,
Как управлять ты будешь под грозой,
Тушить мятеж, опутывать измену?
Но бог велик! Он умудряет юность,
Он слабости дарует силу... слушай:
Советника во-первых избери
Надежного, холодных, зрелых лет,
Любимого народом — а в боярах
Почтенного породой или славой -
Хоть Шуйского. Для войска нынче нужен
Искусный вождь: Басманова пошли
И с твердостью снеси боярский ропот.
Ты с малых лет сидел со мною в Думе,
Ты знаешь ход державного правленья;
Не изменяй теченья дел. Привычка
Душа держав. Я ныне должен был
Восстановить опалы, казни — можешь
Их отменить; тебя благословят,
Как твоего благословляли дядю,
Когда престол он Грозного приял.
Со временем и по немногу снова
Затягивай державные бразды.
Теперь ослабь, из рук не выпуская...
Будь милостив, доступен к иноземцам,
Доверчиво их службу принимай.
Со строгостью храни устав церковный;
Будь молчалив; не должен царский голос
На воздухе теряться попустому;
Как звон святой, он должен лишь вещать
Велику скорбь или великий праздник.
О милый сын, ты входишь в те лета,
Когда нам кровь волнует женский лик.
Храни, храни святую чистоту
Невинности и гордую стыдливость:
Кто чувствами в порочных наслажденьях
В младые дни привыкнул утопать,
Тот, возмужав, угрюм и кровожаден,
И ум его безвременно темнеет.
В семье своей будь завсегда главою;
Мать почитай — но властвуй сам собою -
Ты муж и царь — люби свою сестру,
Ты ей один хранитель остаешься.

Феодор (на коленях).
Нет, нет — живи и царствуй долговечно:
Народ и мы погибли без тебя.

Царь.
Всё кончено — глаза мои темнеют,
Я чувствую могильный хлад....

(Входит патриарх, святители,
за ними все бояре. Царицу
ведут под руки, царевна рыдает.)

Кто там?
А! схима... так! святое постриженье......
Ударил час, в монахи царь идет -
И темный гроб моею будет кельей.....
Повремени, владыко патриарх,
Я царь еще: внемлите вы, бояре:
Се тот, кому приказываю царство;
Цалуйте крест Феодору... Басманов;
Друзья мои... при гробе вас молю
Ему служить усердием и правдой!
Он так еще и млад и непорочен.
Клянетесь ли?

Бояре.
Клянемся.

Царь.
Я доволен.
Простите ж мне соблазны и грехи
И вольные и тайные обиды.....
Святый отец, приближься, я готов.

(Начинается обряд пострижения.
Женщин в обмороке выносят.)




СТАВКА.

БАСМАНОВ ВВОДИТ ПУШКИНА.


Басманов.
Войди сюда и говори свободно.
Итак тебя ко мне он посылает?

Пушкин.
Тебе свою он дружбу предлагает
И первый сан по нем в московском царстве.

Басманов.
Но я и так Феодором высоко
Уж вознесен. Начальствую над войском,
Он для меня презрел и чин разрядный,
И гнев бояр — я присягал ему.

Пушкин.
Ты присягал наследнику престола
Законному; но если жив другой,
Законнейший?...

Басманов.
Послушай, Пушкин, полно,
Пустого мне не говори; я знаю,
Кто он такой.

Пушкин.
Россия и Литва
Димитрием давно его признали,
Но впроччем я за это не стою.
Быть может он Димитрий настоящий,
Быть может он и самозванец. Только
Я ведаю, что рано или поздно
Ему Москву уступит сын Борисов.

Басманов.
Пока стою за юного царя,
Дотоле он престола не оставит;
Полков у нас довольно, слава богу!
Победою я их одушевлю,
А вы, кого против меня пошлете?
Не казака ль Карелу? али Мнишка?
Да много ль вас, всего-то восемь тысяч.

Пушкин.
Ошибся ты: и тех не наберешь -
Я сам скажу, что войско наше дрянь,
Что казаки лишь только селы грабят,
Что поляки лишь хвастают, да пьют,
А русские..... да что и говорить...
Перед тобой не стану я лукавить;
Но знаешь ли чем сильны мы, Басманов?
Не войском, нет, не польскою помогой,
А мнением; да! мнением народным.
Димитрия ты помнишь торжество
И мирные его завоеванья,
Когда везде без выстрела ему
Послушные сдавались города,
А воевод упрямых чернь вязала?
Ты видел сам, охотно ль ваши рати
Сражались с ним; когда же? при Борисе!
А нынче ль?..... нет, Басманов, поздно спорить
И раздувать холодный пепел брани:
Со всем твоим умом и твердой волей
Не устоишь; не лучше ли тебе
Дать первому пример благоразумный,
Димитрия царем провозгласить
И тем ему навеки удружить?
Как думаешь?

Басманов.
Узнаете вы завтра.

Пушкин.
Решись.

Басманов.
Прощай.

Пушкин.
Подумай же, Басманов.

(Уходит.)

Басманов.
Он прав, он прав; везде измена зреет -
Что делать мне? Ужели буду ждать,
Чтоб и меня бунтовщики связали
И выдали Отрепьеву? Не лучше ль
Предупредить разрыв потока бурный
И самому..... Но изменить присяге!
Но заслужить бесчестье в род и род!
Доверенность младого венценосца
Предательством ужасным заплатить -
Опальному изгнаннику легко
Обдумывать мятеж и заговор -
Но мне ли, мне ль, любимцу государя....
Но смерть.... но власть.... но бедствия народны....

(Задумывается.)

Сюда! кто там? (Свищет.) Коня! трубите сбор.




ЛОБНОЕ МЕСТО.

ПУШКИН ИДЕТ ОКРУЖЕННЫЙ НАРОДОМ.


Народ.
Царевич нам боярина послал.
Послушаем, что скажет нам боярин.
Сюда! сюда!

Пушкин (на амвоне).
Московские граждане,
Вам кланяться царевич приказал.

(Кланяется.)

Вы знаете, как промысел небесный
Царевича от рук убийцы спас;
Он шел казнить злодея своего,
Но божий суд уж поразил Бориса.
Димитрию Россия покорилась;
Басманов сам с раскаяньем усердным
Свои полки привел ему к присяге.
Димитрий к вам идет с любовью, с миром.
В угоду ли семейству Годуновых
Подымете вы руку на царя
Законного, на внука Мономаха?

Народ.
Вестимо нет.

Пушкин.
Московские граждане!
Мир ведает, сколь много вы терпели
Под властию жестокого пришельца:
Опалу, казнь, бесчестие, налоги,
И труд, и глад — всё испытали вы.
Димитрий же вас жаловать намерен,
Бояр, дворян, людей приказных, ратных,
Гостей, купцов — и весь честной народ.
Вы ль станете упрямиться безумно
И милостей кичливо убегать?
Но он идет на царственный престол
Своих отцов — в сопровожденьи грозном.
Не гневайте ж царя и бойтесь бога.
Цалуйте крест законному владыке;
Смиритеся, немедленно пошлите
К Димитрию во стан митрополита,
Бояр, дьяков и выборных людей,
Да бьют челом отцу и государю.

(Сходит. Шум народный.)

Народ.
Что толковать? Боярин правду молвил.
Да здравствует Димитрий наш отец.

Мужик на амвоне.
Народ, народ! в Кремль! в царские палаты!
Ступай! вязать Борисова щенка!

Народ (несется толпою).
Вязать! топить! Да здравствует Димитрий!
Да гибнет род Бориса Годунова!




КРЕМЛЬ. ДОМ БОРИСОВ. СТРАЖА У КРЫЛЬЦА.

ФЕОДОР ПОД ОКНОМ.


Нищий.
Дайте милостыню, Христа ради!

Стража.
Поди прочь, не велено говорить с заключенными.

Феодор.
Поди, старик, я беднее тебя, ты на воле.

(Ксения под покрывалом подходит также к окну.)

Один из народа.
Брат да сестра! бедные дети, что пташки в клетке.

Другой.
Есть о ком жалеть? Проклятое племя!

Первый.
Отец был злодей, а детки невинны.

Другой.
Яблоко от яблони недалеко падает.

Ксения.
Братец, братец, кажется, к нам бояре идут.

Феодор.
Это Голицын, Мосальский. Другие мне незнакомы.

Ксения.
Ах братец, сердце замирает!

(Голицын, Мосальский,
Молчанов и Шерефединов.
За ними трое стрельцов.)

Народ.
Расступитесь, расступитесь. Бояре идут.

(Они входят в дом.)

Один из народа.
За чем они пришли?

Другой.
А верно приводить к присяге Феодора Годунова.

Третий.
В самом деле? — слышишь, какой в доме шум!
Тревога, дерутся -

Народ.
Слышишь? визг! — это женской голос — взойдем!
- Двери заперты — крики замолкли.

(Отворяются двери.
Мосальский является на крыльце.)

Мосальский.
Народ! Мария Годунова и сын ее
Феодор отравили себя ядом.
Мы видели их мертвые трупы.
(Народ в ужасе молчит.)
Что ж вы молчите? кричите:
да здравствует царь Димитрий Иванович!

Народ безмолвствует.

КОНЕЦ.



© «Новая литературная сеть», info@aspushkin.ru
при поддержке компании Web-IT — создание сайта, разработка интернет-магазинов поддержка